- А ты из-за шторки будешь подглядывать?

- Да иди ты... - я спрятал зеркальце и развернулся.

- Ладно, - великодушно заявила она, - Кутить так кутить! Пусть будет душ!

Из душа она выбралась только часа через полтора. В чистеньком комбезе, благоухая шампунем, сверкая чищенными зубами и блестя мокрой кожей, она показалась даже красивой. Вдобавок, у нее оказались каштановые волосы. Правда, они остались спутанными, как на рекламе романа ужасов, и пятерня девицы ничего не могла с ними сделать.

- Ладно, не мучайся, завтра расческу принесу.

- Правда? Вот здорово! Сегодня просто день чудес! Жаль только, ухо жандарму откусить не удалось, а то б решила, что я в раю!

- И она закрутилась на месте, широко расставив руки. - Пожалуй, ты мне нравишься, парень. Вот только зря ты за мной в душе подглядывал!

- Не подглядывал я.

- Да врешь! Правда не подглядывал?

- Правда.

- Ты что, импотент? - Она перестала кружиться. - Бедняга...

- Сама ты... - Ну, вот что ей скажешь?

- Как тебя зовут, нечистая сила?

- А то не знаешь?

- Извини, конечно, знаю... - Я покосился на табличку рядом со второй камерой.

- Диана Боровая. То есть, Диана.

- Ага, Диана Охотница. Даня меня зовут, просто Даня. В ресторан пригласить хочешь?

- Так ты все равно от еды отказываешься.

- Вот дурачок. - Она присела перед столом, томно, снизу вверх, заглянула мне в глаза и вкрадчиво мурлыкнула: - Это же так выгодно, никаких расходов...

- Ага, появляются дурные мысли. Пора водворять тебя на место, Диана Охотница. Повернись-ка ко мне спиной.

- Пошляк! Кусить бы тебя... Да уж прощу в честь праздника. - Она встала, развернулась, завела руки за спину. Я достал наручники. Внезапно она отдернула руки, повернулась ко мне. - Правда расческу принесешь?

- Правда.

- Ну, тогда цепляй.

Дойдя до карцера, она вздохнула с театральной тоской и плашмя рухнула на мягкие маты. Похоже, Даня уже привыкла к своей тюремной жизни и скандалила больше по привычке. Отдать ей должное - продержаться три года в наручниках и не свихнуться, не сломаться, не сдаться - это характер нужно иметь! Принесу ей завтра расческу, пусть хоть такое удовольствие получит.

* * *

Карл ждал меня, сидя на столе, рядом с подносом, уставленным тарелками.