Я подсел к их компании. Илья Рыбин по кличке Рыба, который был «бригадиром», в дальнейшем подставил меня, подвел под смертный приговор. Но сначала все было хорошо. Он поздоровался со мной за руку, предложил сесть. Он спросил, не хочу ли я что-либо выпить. Я отказался.

— Может быть, чаю? — сказал он.

Через несколько минут официантка поставила передо мной поднос, на котором стояли чашки, сахар, тарелка с пирожными, заварной чайник.

— Попробуй, советую — чай с ромашкой, — сказал Рыбин тоном знатока. — Или все же чего-нибудь покрепче хочешь выпить?

— Нет, я не пью, — отказался я.

— Это правильно, — одобрительно кивнул Рыбин. — У нас тут сухой закон. С пьянством мы боремся, точнее истребляем. У нас его не должно быть. Понял меня?

Я кивнул.

— Мне Бармалей… то есть Эдик, сказал, что ты хочешь быть с нами?

Я снова кивнул.

— Ты хорошо подумал, парень?

— Да, хорошо. Я хочу быть с вами.

— А чем мы занимаемся, знаешь?

Я пожал плечами:

— Эдик мне ничего не говорил… Но я догадываюсь.

— И о чем ты догадываешься?

Теперь я стал думать, как мне назвать этих людей — бандиты, мафия…

— Я так понимаю, что вы — семья. Помогаете людям и себя в обиду не даете.

— Правильно понимаешь, — улыбнулся Рыбин. Видимо, мое определение ему очень понравилось.

— Мы живем по принципу — нам чужого не надо, но и своего мы не отдадим. Это хороший принцип. Ну что, теперь давай рассказывай о себе. Правда, что твой отец — полковник?

Я коротко рассказал свою биографию. Тогда я не знал, что, поскольку все ребята были приезжими и никто из них московской прописки не имел, они решили взять меня интендантом, завхозом — мобильные телефоны на меня оформить, что-то еще сделать. В общем, я должен был быть на первое время экспедитором в группировке.